Писатель Гудвин presents

сказочное мудачество

Посмотри в ее блестящие стеклянные глаза – в них нет ничего, только то, что ты сам хочешь в них увидеть. Коснись ее совершенного лица, проведи пальцем по гладкому белому фарфору, аккуратно очерченным алым губам. Оправь складки на тонком белом бархате. Усади ее рядом с собой. Расскажи ей сказку – она будет верить. Улыбнись ей – она будет любить тебя. Кричи, если хочешь – она выслушает тебя. Ненавидь ее – она все стерпит.

Она – здесь. Она всегда будет рядом. Она никогда не обидит тебя. Она никогда ничего не потребует взамен.

Уложи куклу спать. Пусть несколько часов побудет живой.

Тебя я счастью научу
И над твоей умру могилой.

(Гумилев "Дон Жуан в Египте")

Sometimes you have to hold the hand of the Devil to get to the other side of the bridge.

Люди делятся на две категории.. те, кому нужны деньги.. и те, кто сидит на трубах

я умею готовить. просто вы не умеете это есть))

«Охуелая жизнь, охуелый сны, -
Как последний ублюдок – без права весны.

Никому ни за что, ни о чем просто так,
Без морали, без права… Не первый дурак:

Унижаясь, дурея, мечтая, живя,
Охуело взрослея – и все это зря…

Да еще почему-то куда-то спешить… -
Охуенный мотив! Охуелая жизнь…»

(Злые Стихи. Пешеходное слово.)

Посмотри, малыш: бабочка. Нет, не трогай руками; просто смотри.
Тебе кажется, что ты знал много таких, но если приглядишься, то увидишь: она отличается от остальных. Ее невозможно поймать – разве что она сама опустится к тебе на ладонь. Нет, не пытайся ее удержать, не закрывай рукой: она улетит и никогда не вернется.
Взгляни: эта бабочка любит свободу. Откуда я знаю? Подожди, сейчас она раскроет крылья, и увидишь, что они неистерты людскими руками.
Не спеши, не касайся пальцами – они и так слишком тонкие, эти крылья; не повреди редкий рисунок.
Смотри, малыш. Смотри на эту бабочку. Она – как мечта. Ты всегда будешь бежать за ней, за хрупкой красотой, за ускользающим мгновением, она – лететь вперед, оставлять один за другим прекрасные цветы, мелькать красками крыльев. Нет, она не боится тебя, просто ты ничего не дашь ей, потому ей не нужен.
Не пугай – пусть отдохнет. Пусть насытится тишиной и запахами этого места. Не пугай – она не полетит за тобой, она привыкла, что люди сами бегут за ней.
Зачем она тебе, малыш? Посмотри: здесь сотни бабочек! Эта не будет принадлежать тебе, эта всегда будет улетать.
Ты плачешь? Что ж, я расскажу тебе секрет. Когда наступит ночь, и бабочка начнет исчезать в темноте – зажги огонь, и она полетит к нему. Опасно? Не бойся, она тоже это знает. Но за огонь в темноте, за тепло, которого ей не хватает, она будет с тобой, будет принадлежать тебе те несколько секунд, пока не сгорят ее крылья. Пока она не исчезнет в языках пламени.

Ты плачешь? Не плачь, малыш. Поверь, она хотела сгореть.

Ты чувствуешь? Она навсегда стала частью твоего мира, малыш.

Ты идешь. Стучишь каблучками, вдавливаешь их в промерзлый асфальт. Прячешь заледеневшие пальцы в белые рукава. Спускаешься в Подземку.
Лица. Люди. Их много, но ты знаешь их всех. Это твое проклятье – видеть в однородной толпе Жизни. Ты не можешь ничего исправить, не можешь помочь им, и от этой безысходности все больше погружаешься в себя – потому становишься для них бездушной куклой.

Уверенным шагом проходишь в вагон, садишься – теперь это твой поезд. Он ездит от станции к станции, садятся в него и выходят люди. Кого-то забываешь, на кого-то не обращаешь внимания. Есть и те, кого не раз вспомнишь – но у них уже другие маршруты.
Ты тоже можешь выйти, когда захочешь.
Тебе интересно – кольцевая или радиальная.

Грязный поцарапанный пол, дырки на стенах заклеены яркой рекламой. Ты – темная в белом. Он – светлый в черном – садится напротив.
Ему скоро выходить, и ты боишься, что не успеешь его запомнить. Ты видишь – он мечется, бунтует, смиряется, ищет. Он всегда ищет. Случайно встречаешься с ним взглядом – темная грусть в светлых глазах. Ты улыбаешься ему, он из вежливости отвечает тебе.
Ты тянешься к нему. Тебе кажется, что этого человека ты можешь сделать счастливее. Ты хочешь коснуться его щеки мягким крылом, подарить мир и успокоение его душе твоим поцелуем – стена. Прозрачная, холодная. Ты осторожно давишь, пытаешься сломать – но есть Закон, и ты не имеешь права менять их Жизни.
Ты складываешь крылья.
Он должен сам решить – пустить ли ангела в свою душу.

Ты ждешь. Скоро его станция.
Ты ждешь.

На улице дождь со снегом – каплешь с неба. Ты поднимаешься по лестнице, на самый верх. Сбрасываешь пальто, смотришь на город сверху вниз. Дикий ангел, расправляешь черные крылья.
С неба льет. Быть может – в слезы, может – в тонкие, едва ощутимые льдинки. Ты поднимаешь лицо к дождю, ты пьешь его, ты смеешься, ты счастлива.

Он выходит из Подземки. Он снова ищет. Он всегда будет искать, не догадываясь, что можно просто посмотреть на небо.

Ты паришь. Ты – радость. Ты – счастье.
Ты – проклятье, но ты спасла их, наконец взлетев к солнцу…